Словарь 翻译
Погода
  • 29 °C Гонконг
  • 29 °C Гуанчжоу
  • 30 °C Шэньчжэнь
  • 25 °C Макао
  • 30 °C Санья
  • 30 °C Сингапур
  • 26 °C Пекин
  • 26 °C Шанхай
  • 19 °C Сиань
  • 25 °C Чунцин
  • 13 °C Москва
  • 12 °C Санкт-Петербург
  • 14 °C Екатеринбург
16 сентября 2019, понедельник, 16:17 (Гонконг)

Цель - Шэньчжэнь: чем закончится бесконечная война за самый перспективный мегаполис Китая?

В 23.00 тело вице-мэра обнаружила местная полиция. Закончив рабочий день 22 марта 2016 года, Чэнь Инчунь вернулся в свою квартиру и при полном отсутствии свидетелей  выпрыгнул из окна многоэтажки. Пресса распространила сообщение о странной гибели не справившегося с душевными муками чиновника. Типичный для «нестандартной смерти» заговор молчания китайских журналистов отличался лишь масштабом события - самоубийца возглавлял крупнейший мегаполис Китая - южно-китайский Шэньчжэнь, экономика которого сравнялась по размеру с экономикой соседнего Гонконга.

Самоубийство вице-мэра произошло на фоне разрастающейся антикоррупционной чистки в масштабах всего Китая  - за несколько месяцев до этого с «лошади упали», так говорят в Китае, вице-мэр Пекина, вице-мэр Шанхая, не говоря о самом мэре Гуанчжоу Вань Цинляне (万庆良), которого сняли еще в 2014 году. Тем не менее Шэньчжэнь - 11-миллионный мегаполис на границе с Гонконгом, 35 лет назад на месте которого были лишь рыбацкие деревни, а сегодня крупнейший центр телекоммуникационных корпораций Китая ZTE, Huawei, Tencent и сотен других - лишился вице-мэра не совсем «обычным способом», не говоря уже о том, что ранее, в октябре 2014 года другой вице-мэр мегаполиса также попал под следствие, глава заксобрания был снят с этой позиции и не появляется в новостях больше года.

Бывший первый секретарь горкома города, по сути его глава, Ван Жун (王荣), был освобожден от этого поста, однако на новом посту - главы НПКС провинции Гуандун (консультативный орган), он не сохранил позиции в руководстве обкома провинции, а в Китае высокопоставленный чиновник без партийной позиции - это чиновник в одном шаге от отставки или чего-то более неприятного. 

Позицию Ван Жуна занял человек из аэрокосмической отрасли - шаньдунец Ма Синжуэй (马兴瑞). Кроме поста главы Шэньчжэня он занял позицию замгубернатора Гуандуна, чей ВВП в 2017 году превысит ВВП России, при этом Ма Синжуэй - выходец из родного города супруги Си Цзиньпина - генрал-майора Пэн Лиюань. Такая рокировка в кресле первого секретаря Шэньчжэня выглядит еще более любопытной, если слухи о том, что Ван Жун является племянником супруги «шанхайского» генсека Цзян Цзэминя - Ван Епин (王冶坪), а отстраненный вице-мэр Цзян Цзуньюй (蒋尊玉), как и Ван Жун - выходцы из провинции Цзянсу в Шанхайском регионе. В компании Ван Жуна и Цзян Юйцзуня и нынешний мэр Шэньчжэня - уроженец порта Ляньюнган в провинции Цзянсу - Сюй Цинь (许勤). Сегодня у "шанхайцев" в партии значительные трудности, достаточно вспомнить об арестованом всего несколько дней назад замгубернатора провинции Цзянсу - Ли Юньфэне, дело которого связывают с нынешним зампредседателем КНР - Ли Юаньчао. 

Верхушку стремительно развивающегося мегаполиса лихорадит еще с предыдущего генсека Ху Цзиньтао - назначенный в 2004 году уроженец Хунани (пояс реки Янцзы) Сюй Цзунхэн (许宗衡) продержался на посту главы горкома пять лет и был арестован по редкому в те времена обвинению в коррупции. На пост хунаньца с берегов Янцзы в 2010 году пришел уроженец Шанхайского региона Сюй Цинь. До его прихода пост главы горкома и исполняющего обязанности мэра города совмещал его земляк Ван Жун, что не является нормой в китайско политике.

Новый мэр города Сюй Цинь - фигура нейтральная, своего рода символ консенсуса различных сил, но столько же нейтральная, сколько и номинальная фигура статиста - в Шэньчжэнь он попал из центральный структур китайского «госплана» - подведомственной «комсомольскому» правительству Ли Кэцяна Комитету по реформам и развитию. Впрочем, не стоит забывать, что статистик по своей предыдущей работе Сюй Цинь занимается  аудитом финансов города, что в разрезе ниже изложенных перспектив города не кажется такой уж номинальной должностью. 

Сегодня в Шэньчжэне, который стал воротами во «всекитайский народный офшор» Гонконг, есть за что побороться - город не только занял первую строчку по темпам роста стоимости жилья в мире, но и сохраняет удивительно мизерный муниципальный долг - в то время как Гуанчжоу, Пекин и Шанхай набрали сотни миллиардов инфраструктурных долгов, долг Шэньчжэня остается в десятки раз меньше городов членов клуба «первой линейки» и причина этого, кажется, лежит на поверхности.

Руководство города практически полностью было оккупировано «шанхайскими» оппонентами Ху Цзиньтао и уже нынешнего генсека Си Цзиньпина. Однако по мере «падения» с лошади и не только руководителей высшего звена поле постепенно расчищается для самых смелых инициатив по реализации программ городского бюджета общим размером свыше 100 млрд долларов. Помимо лакомых кусков будущих муниципальных долгов, в городе сохраняются выгодные возможности для роста беспрецедентного по размерам рынка недвижимости, в том числе и после ожидаемой отмены ограничений для инвестирования из соседнего Гонконга.

Комсомольцы-девелоперы из Наньшань

Недвижимость, впрочем, больше всего развивалась в быстро растущем районе Наньша, известном центре жизни экспатов районе Шэкоу, одна из основных девелоперских корпораций которого вошла в 10-ку самых высоких доходов топ-менеджеров корпораций. По регулярному для таких случаев совпадений район Наньша всегда был первой ступенькой из руководства Шэньчжэньского комсомола в вице-мэры Шэньчжэня.

Сегодня в таких вице-мэрах Линь Цзе (林洁) - вторая самая высокопоставленная женщина в китайской исполнительной власти после вице-мэра Гуанчжоу. У Линь Цзэ очень сложная биография - как и у многих других китайцев-хакка в политике - и причастность к комсомолу, и к всемирной столице влиятельного в китайской политике субэтноса хакка городу Мэйчжоу, и учеба в Транспортном университете Шанхая - альма-матер шанхайского генсека Цзян Цзэминя. Такая обильная принадлежность ко противоположным группировкам наводит, впрочем, на мысль, что фигура, как и многие хакка, играет сама за себя. Линь Цзэ возглавляет также шэньчжэньский Единый фронт - организацию КПК, курирующую другие демократические партии, не вошедшие в ее состав и сохранившие реликтовое политическое влияние.

Второй «человек из Наньша и комсомола» - нынешний вице-мэр и по совместительству глава полиции Шэньчжэня - Лю Циншэн (刘庆生). Как и осужденный недавно на 15 лет замглавы китайского аналога МВД Министерства общественной безопасности Ли Дуншэн, глава полиции Шэньчжэня переместился в полицию из журналистики и пропаганды, прямо из кресла главы Шэньчжэньской телевизионной и кинематографической корпорации, сменив острое перо на "цветочные" погоны китайского милиционера.

Ностальгию по родным местам уроженцу северо-китайской провинции Хэнань Лю Циншэну, родной для самого главного «комсомольца» страны Ли Кэцяна Лю Циншэн, помогает пережить недавно назначенный (10-2015) на пост главы комиссии по проверке дисциплины горкома Шэньчжэня Чжан Цзысин (张子兴) также уроженец Хэнани. В составе горкома Шэньчжэня и мэр города Цинюань - также глава комсомола района Наньшань - Чжан Вэнь. 

В молодой компании комсомольцев, как считается, верховодит юрист и глава Политико-юридической комиссии КПК по Шэньчжэню, его вице-мэр Ли Хуанань, который однако не работал в Наньшане, курируя возведение очередного элитного компаунда. Ли Хуанань (李华楠) - третий в списках руководства Шэньчжэня после «человека Си» Ма Синжуэй, «аудитора» мэра города Сюй Циня. Ли Хуанань - урожнец родного уезда вице-премьера Ван Яна, бывшего губернатора провинции Гуандун, по совместительству второго в иерархии комсомольцев после Ли Кэцяна. Ли Хуанань курирует работу журналиста-полицейского Лю Циншэна и всех силовых структур города.

Пеструю картину из ставленников центральных политических группировок дополняют представители менее влиятельных кланов. Крупнейший океанический порт Яньтянь в Шэньчжэне плотно держат «местные» - из примыкающего к нему района провинции Гуандун Хуэйчжоу - им руководит вице-мэр Люй Жуэйфэн (吕锐锋). За чрезвычайные ситуации и контроль над производством отвечает уроженец другого уголка Гуандуна - военно-морской базы Чжаньцзян, самого бедного района провинции, Чэнь Бяо (陈彪). 

Картину довершает глава военных гарнизонов  Шэньчжэня - Чжун Чжицзянь (钟志坚) - урожнец города Синнин района Мэйчжоу - родины всех представителей клана легендарного маршала Е Цзяньина. В случае волнений или введения чрезвычайного и военного положения власть в городе плавно перейдет в его руки. Однако под контролем комсомольцев, возможно, формальным, и новый глава отряда военной полиции, назначенный в январе 2016 году. Военного хакка Чжун Чжицзянь дополняет глава заксобрания Шэньчжэня - хакка из района Фэншунь - Цю Хай (邱海). Оба получили назначения одновременно в мае-июне 2015 года. Цю Хай всю жизнь проработал в Гуанчжоу - в комиссии по проверке дисциплины в горкоме партии. С приходом к власти Си Цзиньпина Цю Хай стал главой КПД в Шэньчжэне.

Результатом работы Цю Хая на посту главы КПД Шэньчжэня - дело «шанхайского» вице-мэра Цзян Цзуньюя. К слову, предшественник Цю Хая на посту главы заксобрания Бай Тянь (白天), военный переводчик из Нанкинской академии международных отношений НОАК (Шанхайский регион), после своей отставки в мае 2015 года исчез из СМИ. Хакка из Мэйчжоу восстанавливают свое влияние в городе, который в случае обострения ситуации в Южно-Китайском море может обрести новую, военную функцию. 

Сложную операцию смещения Ван Жуна с поста первого секретаря Шэньчжэня в 2015 году предварял арест его земляка - вице-мэра Цзян Цзуньюя в октября 2014 года. После чего в городе сложился относительный баланс сил.  Тем не менее, экономические задачи - в том числе и правильного освоения бюджета - необходимо как-то решать, причем в срочном порядке - никогда не известно, что случится с китайской экономикой завтра. В этой ситуации единственным способом кадровых перестановок становится неконвенциональная борьба - и тогда чиновники перестают падать с лошади, они начинают падать с крыш своих многоэтажек.

Эпидемия "нестандартных смертей"

Впрочем выпрыгнувший с балкона элитной шэньчжэньской многоэтажки Чэнь Инчунь не был родом из Шанхайского региона и не состоял в комсомольских ячейках. Чэнь Инчунь (陈应春), возглавлявший приграничный с Гонконгом район Шэньчжэня Лоху, был уроженцем провинции Хайнань и представителем редкой национальной диаспоры ли (黎族). Представителем этой же национальности был бывший глава НПКС Гуандуна, замгубернатора этой провинции, хайнанец Чжу Минго (朱明国), арестованный в 2015 году.

Позицию замгубернатора Чжу Минго занял «человек Си Цзиньпина» в Шэньчжэне, новый первый секретарь Шэньчжэня Ма Синжуэй. На позицию главы НПКС Гуандуна символично назначили снятого с позции первого секретаря Шэньчжэня «шанхайца» Ван Жуна. Для всех внутренних наблюдателей - это очевидный расклад с вполне ожидаемым итогом для некоторых из его участников. Ма Синжуэй, например, может стать губернатором Гуандуна, и членом Политбюро, кому-то повезет гораздо меньше.

Впрочем, покончивший жизнь самоубийством Чэнь Инчунь мог быть всего лишь жертвой переутомления, общей усталости от жизни, а не слишком много знавшим членом клана диаспоры нациольности ли и подручным Чжу Минго, который в свою очередь был союзником более крупного клана.  Однако, об обратном свидетельствуют факты: до выхода на пенсию, которую Чэнь мог провести в родной солнечной провинции Хайнань, оставалось около года. Еще более странной выглядит «нестандартная смерть» чиновника, отвечавшего за финансы города - ночью и без свидетелей.

За последние полгода число уставших от жизни чиновников Поднебесной превысило все мыслимые лимиты: «нестандартной смертью» погибли свыше 16 человек. Последний - чиновник из Шэньси - Ли Цзяньминь (李建民), скончавшийся от болезни в 54 года. Случай крайне редкий для сильных духом и бодрых телом бюрократов Срединного государства. Причина смерти в более чем половине случаев - доказанное самоубийство: прыжок из окна, утопление. Другие чиновники умирали после «обильного застолья». На фоне обостряющейся игры за власть высшие руководители страны все чаще уходят из жизни вежливо, не оставляя записок и не услжняя и без того сложную ситуацию в своих регионах.

Самоубийство чиновника в Китае - это не только способ уйти от ответственности, но и переложить ее на других, обвиняя и вечно коря таким образом своего врага. Кто-то пишет записки своему учреждению, кто-то в партийную ячейку. А кто-то оставляет партийные взносы с символическим значением суммы, например, 500 юаней, цифру, которую можно истолковать «я-ты-ты», или «я, а потом ты и ты - вы все». Акт самоубийства всегда должен привлечь максимальное число зрителей - позор врага должен быть публичным. Поэтому китайские самоубийства происходят в конце рабочего дня. Китаец не ест один, не пьет один и не кончает жизнь самоубийством один - в этом он не видит никакого смысла. В Китае самоубийство - это публичная трагедия, которая срывает аплодисменты только при полном зале.  К этой же традиции относятся и акты публичного сожжения буддистких монахов, столь сильно действующих на окружающих - когда нападение на противника расценивается как потеря собственно лица и достоинства, единственным способом месте остается нанести вред себе, оставив за обидчиком несмываемый позор.

Тем не менее Чэнь Инчунь выбросился из окна без свидетелей в 23.14, не оставив записки, не коря ни судьбу, ни учреждение, ни партийную ячейку района Лоху. Чэнь Инчунь - не первый вице-мэр города, покончивший самоубийством. В январе 2014 года выбросившись из окна покончил с собой Юань Жувэнь (袁汝稳), который покинул пост руководителя семь лет назад, при генсеке Ху Цзиньтао в 2007 года.

Без срока давности

Удар по представителям нацменьшинства, прочно утвердившихся в иерархии власти Гуандуна, свидетельствует о тактике окружения противника и отсечения от него слабых звеньев - коими и являлись малочисленные представители национальных диаспор. Возможно, перемещение еще одного вице-мэра Шэньчжэня Тан Цзе (唐杰) на позицию главы далекого Харбинского промышленного университета - шаг из этой же серии. Кроме упомянутых выше вице-мэров мы не отметили еще одного представителя Шанхайского региона - У Ихуань (吴以环), еще одну женщину вице-мэра, уроженку провинции Цзянсу Шанхайского региона. У Ихуань занимает позицию замглавы промышленного района Лунган (龙岗区), отвечает за образование, здравоохранение, медицину и также как и вице-председатель КНР Ли Юаньчао, связана с работой в Красном кресте.  

Одновременно с активным смещением «шанхайцев» органами ЦКПД в начале 2015 года прокуратура КНР, которую возглавляет «шанхаец» Цао Цзяньмин, подняла покрывшиеся пылью папки в отношении вице-мэра Шэньчжэня Ван Цзю, сложившего полномочия целых 15 лет назад - в 2001 году. Ван Цзю (王炬) сегодня 74 года, но преступления, связанные с коррупцией, похоже, перестали иметь сроки давности - и вместе с земляком Си Цзиньпина по провинции Шэньси, под пресс расследования попали еще свыше 12 "старейшин", управлявших южно-китайскими городами более 15 лет назад. Беспрецедентное в истории КНР рвение демонстируют органы прокуратуры: Ван Цзю был арестован еще в 2001 году после того, как у него обнаружилась собственность, не соответствующая уровню его доходов, за что он получил суровый срок в 20 лет лишения свободы. Срок Ван Цзю, отвечавшего за налоги и финансы в Шэньчжэне, еще не закончился, однако его дело и еще 12 человек решено пересмотреть.   

Николай Владимиров

«Южный Китай», 01.06.2016

Нашли опечатку - выделите и нажмите ctrl+Enter

Поделиться
comments powered by HyperComments

   

Орфографическая ошибка в тексте:
Чтобы сообщить об ошибке автору, нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке". Вы также можете отправить свой комментарий.