Словарь 翻译
Курс
  • 1 USD = 59.91 RUB
  • 1 USD = 0 CNY
  • 1 CNY = 88.69 RUB
  • 1 HKD = 0 RUB
  • 1 SGD = 43.94 RUB
Погода
  • 28 °C Гонконг
  • 32 °C Гуанчжоу
  • 29 °C Шэньчжэнь
  • 23 °C Макао
  • 28 °C Санья
  • 29 °C Сингапур
  • 26 °C Пекин
  • 34 °C Шанхай
  • 36 °C Сиань
  • 38 °C Чунцин
  • 27 °C Москва
  • 20 °C Санкт-Петербург
  • 20 °C Екатеринбург
27 июля 2017, четверг, 16:41 (Гонконг)

Какие прогнозы «Южного Китая» оказались верными в 2015 году?

В начале 2015 года «Южный Китай» сформировал прогнозы рисков в политике и экономике на текущий год.  Среди основных угроз для Китая в 2015 году мы выделили снижение темпов роста внешней торговли до нуля, последующую за ней девальвацию, возможность финансового и ипотечного кризиса, угроза локальной войны по южному периметру границ Китая, в том числе и в Южно-Китайском море, возможность повторений протестов в Гонконге, внутриполитический раскол по линии борьбы между группами в Компартии Китая, а также по линии идеологии при общем кризисе идеалов коммунистических идей в руководстве страны. Насколько точными оказались наши прогнозы?

Экономика

Внешняя торговля Китая, как и предполагал «Южный Китай», ускорила падение темпов роста и в этом году внешнеторговый оборот впервые покажет отрицательную величину, об этом можно судить по сезонному сокращению показателей: за первые полгода товарооборот сократился на 8 процентов. Судя по локальным показателям двусторонней торговли, например, сокращении торговли России и Китая на 30% за первые 10 месяцев года, можно утверждать, что товарооборот по итогам года покажет отрицательный рост в пределах 8-12%.

Пройдены пиковые показатели товарооборота Китая с внешним миром, достигнутые, в 2014 году. Как и предполагал «Южный Китай» ответом на это стала девальвация юаня - как реакция на отток капиталов инвесторов. По состоянию на 29 декабря юань девальвирован до показателя 6,47 юаня за доллар, оффшорный юань девальвирован до 6,57, что соответствует прогнозам «Y» января 2015 года.

Общий отток капитала, который по оценкам составит 500 млрд долларов США в 2015 году (общие ЗВР Китая – 3,4 трлн долл), сопровождался беспрецедентным понижением ставок резервирования со стороны Народного банка Китая – минимальные резервы банков, необходимые для выдачи новых кредитов предприятиям. Программа сокращения ставок была в значительной степени ориентирована на заемщиков в аграрном секторе, в котором процветает теневой банкинг, своими масштабами угрожающий социальной стабильности в случае ухудшения экономической ситуации в стране.

В этих условиях, а также почти годового подряд падения цен на жилье в Китае, «Y» прогнозировал в Китае ипотечный, и как следствие, финансовый кризис в Китае. Однако, прогноз разошелся с реальностью – парадоксальным образом на рынок жилья повлиял обвал на фондовых биржах и девальвация юаня – жилье вновь стало выгодным и стабильным местом вложения средств для китайских инвесторов, таким образом падавший на протяжении года рынок испытал «золотую осень» - цены на жилье в основных городах вновь начали расти с августа – пика падения фондовых рынков и заявлений правительства о вложении средств пенсионного фонда в поддержку фондового рынка.

Отсутствие данных о критичной ситуации на фондовых рынках – стало основным просчетом в прогнозах «Южного Китая». Китайский биржевой пузырь систематически и не без поддержки центральных властей, а также финансового блока в правительстве, надувался с конца 2014 года. Заемные средства из банков рядовые брокеры, число которых по разным оценкам составило 80 млн, что де факто соответствует числу семей среднего класса Китая, вложили в игру на фондовой бирже, которая уже к августу 2015 года потеряла 40% своей стоимости. Любопытно, что на фоне всеобщего падения индексов максимальный рост испытали акции оборонных предприятий на фоне обострения американо-китайских отношений в Южно-Китайском море.

Косвенным образом прогнозы «Южного Китая» высветили борьбу за финансовый контроль над процессом интернационализации юаня. Один из таких путей – «вертикальный», через согласованное вхождение юаня в корзину валют МВФ, лоббируется «шанхайской группой» в стране и в серьезной мере был подорван срывом вхождения юаня в SDR в августе, а также обещанием включить юань в состав валют МВФ в октябре 2016 года. Другой путь – «горизонтальный» и более реальный – через несанкционированное с Западом расширение влияния юаня на торговлю с приграничными государствами через создание зон свободной торговли и зоны Экономического пояса Шелкового пути – по этому плану политическими методами и разыгрыванием противоречий между странами реципиентами юаня и западом юань должен стать основной валютой торговли между Китаем и Южной Кореей, странами Юго-Восточной Азии, Ирана, Пакистана, Бангладеш, Шри-Ланки, странами Восточной и Южной Африки, Средней Азии и России.

Социальные угрозы

«Южный Китай» верно высветил расширение социальных противоречий в связи с падением доходов экспортных предприятий Южного Китая - в середине декабря 2015 года в Южном Китае впервые зафиксирован массовый арест членов де факто альтернативных профсоюзных организаций – его руководителями коренные жители провинции Гуандун, имеющие тесный контакт с Гонконгом и зарубежными организациями.

Политические угрозы

«Идеологический вакуум» красной идеологии дал основании сделать верный прогноз об усилении идеологического противостояния между партией, комсомольской и армейской группировкой в Китае. 2015 год впервые после Культурной революции появились откровенные заявления в прессе с одной стороны от военных о «ненужности марксизма», с другой стороны от комсомольцев о том, что они «являются преемниками коммунизма».

Верными оказались косвенные прогнозы «Южного Китая» об отсутствии политического представительства у влиятельных IT-корпораций как причины политической нестабильности. В 2015 году крупнейшая корпорация Alibaba испытала беспрецедентное давление со стороны властей и аффилированных с ними северо-китайских конкурентов, на корпорацию был подан иск в пекинском суде.

Продолжилась, как и предполагалось, чистка в политическом аппарате страны, только за 2015 год были арестованы 26 чиновников провинциального и министерского уровня. Борьба группировок, как и прогнозировал «Южный Китай», вылилась в целую череду техногенных катастроф, которые были зафиксированы в химическом и нефтехимической отрасли страны – беспрецедентное по числу и масштабности.

Важной ошибкой в прогнозировании стало ожидание повторения витка протестного движения «Оккупируй централ» в Гонконге, которое неожиданно прекратилось после китайского Нового года в 2015 году. Вопреки расхожему мнению, что протест был свернут в виду отсутствия базы его поддержки, реальная причина свертывания протеста – это команда Гонконгской федерации студентов на прекращение протестных акций в 2015 году, что сильно обескуражило многочисленных активистов движения. Характер причин, вызвавший свертывание протеста "свреху", заслуживает отдельного исследования, однако очевидно, что он связан с внутриполитической обстановкой в материковом Китае. На фоне свертывания протеста студентов на передний план вышли сообщения о  росте националистической составляющей в протестном движении САР Гонконг.

Национализм также набирает силу в различных регионах КНР  - в частности во Внутренней Монголии, что также соответствует обозначенной «Южным Китаем» тенденцией на рост сепаратистских настроений в стране. Ответом на сепаратизм, как предполагается, станет вероятная федерализация страны. Первой ласточкой подобного подхода стала встреча Си Цзиньпина и главы фактически независимого Тайваня Ма Инцзю в третьем китаеязычном образовании Сингапуре – одновременная встреча лидеров трех китайских государств означает попытку формирования единого пространства китайских территории на принципах равноправия политических субъектов или фактически федеративную систему будущего единого Китая, внедрение которой началось в 1997 году с присоединением Гонконга. Значение фактора федерализации – отношений центра и местных элит продолжает расти в политической ситуации в стране.

Внешнеполитические угрозы

Угроза обострений отношений с Северной Кореей в 2014 году ушла из повестки СМИ, которые переключились на проблемы Южно-Китайского моря, однако она продолжает оставаться реальностью. Инициативу во взаимоотношениях с КНДР у группировки «принцев» попытались перехватить комсомольцы – попытавшись найти общий язык с лидером КНДР, аналогичные действий группа комсомольцев во главе с Ли Кэцяном предприняла в отношениях с Японией и Южной Кореей, с которыми у "принцев" и группы Си Цзиньпина наблюдаются опредленные сложности. 

Верным оказался прогноз о создании Японией, Филиппинами, Вьетнамом и Тайванем антикитайского военного союза для противодействия Китаю в регионе Южно-Китайского моря, напряжение в котором продолжило нарастать и достигло апогея во время появления в нем авианосца США «Теодор Рузвельт». Сообщения о формировании такой оси в СМИ, поддерживаемой США и Японией, подтвердили прогнозы «Южного Китая».

«Южный Китай» обозначил также для Китая и угрозу вероятного приграничного конфликта, которая реализовалась в ходе гибридной войны военных Бирмы с прокитайскими сепаратистскими государствами. В мае этого года бирманские военные вытеснили ряд группировок с территории Бирмы и даже нанесли удары по территории Китая, в ответ Китай провел масштабные военные учения на границе с Бирмой. Ситуация относительно стабилизировалась с избранием в Бирме продемократического главы парламента, поддерживаемого одновременно Китаем и Западом. 

Редкое по своей уникальности недавнее сообщение Синьхуа о смерти одного из лидеров движения Талибан в Афганистане, которое стало первым среди мировых СМИ, свидетельствует о том, что Китай нарастил свое присутствие в этой центрально-азиатской стране, из которой исходит обозначенная «Южным Китаем» угроза развитию Экономического пояса Шелкового пути. Китай продолжает наращивать взаимодействие с Талибаном для предотвращения угроз Шелковому пути.

Итоги года показывают высокую степень верности наших прогнозов, основанную на глубоком понимании происходящего в Китае, оценке не только очевидных тенденций, но и понимания знаковых событий, ускользающих от внимания СМИ и западных наблюдателей. При анализе ситуации используются не только источники СМИ, научные публикации, но и значительное число интервью регулярно проводящихся "Южным Китаем" с десятками представителей различных сфер и отраслей Китая, России и западных стран.

«Южный Китай», 29.12.2015

Нашли опечатку - выделите и нажмите ctrl+Enter

Поделиться
comments powered by HyperComments

   

Орфографическая ошибка в тексте:
Чтобы сообщить об ошибке автору, нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке". Вы также можете отправить свой комментарий.